kilgor_trautt (kilgor_trautt) wrote,
kilgor_trautt
kilgor_trautt

«Говорите об этом громко!» (журнал WOZ / Швейцария)

Белорусский «Свободный театр». Единственная в Беларуси независимая театральная труппа вот уже четыре года работает в подполье. Что такое заниматься политическим театром в условиях диктатуры? Два швейцарских театральных деятеля написали репортаж для «WOZ».

Минский аэропорт, конец марта. При зимних двух градусах тепла мы выходим из самолета и идем пешком в направлении здания аэропорта. Мы входим в убогий, практически безлюдный холл, и, немного нервничая, становимся у окошка таможенного контроля: минувшей осенью белорусская таможенная служба отказала во въезде двум гостям белорусского «Свободного Театра» из США. Случай получил широкую огласку в прессе. Это произошло незадолго до президентских выборов Александра Лукашенко 2006 года.

Общение с госучреждениями диктатуры является неотъемлимой частью будней Марии Вавохиной. Она является организационным столпом «Свободного театра», и именно она регистрирует нас в таможенной службе в качестве туристов: официально мы являемся гостями одного из минских туристических агентств. Мы заполняем по формуляру бланк заявления на получение визы, и облегченно вздыхаем после того, как этот вопрос беспрепятственно улаживается. Белорусский «Свободный театр» потрясающе организован. В вестибюле мы встречаемся с Марией, которая уже ждет нас в сопровождении водителя авто. По прямой, как стрела, транзитной трассе мы едем мимо березовых рощ, пропагандистской живописи сталинского типа, и панельных построек, в удаленную на 40 км от аэропорта белорусскую столицу.

Театр в подполье

Вместе со своим мужем Николаем Халезиным, Наталья четыре года назад основала «Свободный театр». Содержание задач и стремлений коллектива складывается из политической ситуации и досадного жизненного застоя в Беларуси. Цель труппы ясна: диктатура Александра Лукашенко, вступившая в силу в 1994 году, должна уступить место общественному обновлению. Коллектив подвергался репрессиям, поэтому международное сотрудничество является для него абсолютной необходимостью. В своей оппозиционной деятельности «Свободный театр» следует рекомендациям чешского драматурга и президента Вацлава Гавела, с которым театр поддерживает дружеские отношения: «То, что вы хотите сказать, должно быть сказано громко. А вы должны быть не лишены самоиронии и юмора. Это ваша самозащита».

На следующий день после нашего приезда, Мария повезла нас на окраину Минска. По неасфальтированной ухабистой дороге мы добрались до небольшого домика. Мы открыли деревянную калитку и обошли вокруг дома ко входу. Заросший сорняками огород – театральное фойе, деревянный навес – складское помещение. Сам дом старый, площадью около восьмидесяти квадратных метров. В задней части дома находится большее помещение со снесенной стеной, здесь проходят все репетиции и показы. Окна плотно закрыты картоном и пенопластом, чтобы работа была защищена от посторонних взглядов.

В начале своего существования у театра не было репетиционного помещения. Его спектакли проходили в кафе и на частных квартирах. Однажды летом «Свободный театр» выехал вместе со зрителями за город и замаскировал свои спектакли под свадебное мероприятие, пригласив местных жителей на рюмку водки, как того требует белорусская традиция. В конце концов они сыграли свои спектакли в удаленном от деревни лесном массиве. Такие меры предосторожности стали необходимыми после того, как труппа вместе со зрителями была задержана и допрошена в здании белорусского КГБ.

В домике мы встретились с группой студентов: Алесей, Аней, Антоном, Димой, Марой, Максом, Ольгой, Сашей, Змитером и Стасом. Вот уже полгода они занимаются в студии, созданной «Свободным театром», изучая актерское мастерство, режиссуру, драматургию и театральный менеджмент. Неофициальным путем они узнали о том, что театр объявляет набор молодых людей для будущего расширения штата сотрудников. Их заявкой на поступление было эссе на тему: «Что для меня значит театр?».

Антон и Мара

Девятнадцатилетний Антон самый младший в группе, но уже написал первую пьесу. Он недоволен тем, что искусство в Беларуси, за редким исключением, считается развлечением, он полностью относит себя к «Свободному театру», так как площадка этого театра является средством общественной коммуникации. О пути в театр посредством университета не могло быть и речи: «Неудачники в профессии – практически повсюду».

Мара мечтала о театре еще будучи ребенком. Когда Антон рассказал ей о «Свободном театре», ей было 25 лет, и она заканчивала дневное отделение педагогического факультета. Постановки «Свободного театра» открыли для них новый взгляд на спектакли. Студенты выкраивают время для театра в, и без того, тяжелых буднях: Аня добывает деньги на пропитание, работая тестером программного обеспечения в компьютерной фирме. Ее рабочий день длится восемнадцать часов. Мара встает в полшестого утра. Когда она по вечерам едет на театральные занятия, у нее за плечами уже целый день напряженной учебы в университете. Обе следуют свои цели, преодолевая привычное сопротивление. Большинство студентов рассказывают только узкому кругу друзей о том, чем они занимаются по вечерам и выходным дням.

Цензура и запрет на профессию

Мы работаем с двумя пьесами швейцарских драматургов, которые были написаны в рамках «Дрампроцессов»: «Слепота» Дарьи Стокер и «Желтые дни» Даниэлы Янич. Тексты были переведены на русский язык Ольгой, которая работает в труппе переводчиком. Мы анализируем пьесы и обсуждаем их содержание. В конце недели студенты представляют тексты зрителям в форме читок. Серьезность, усердие и стремление ребят к работе и дискуссии о содержании заставляют быстро забыть о том, насколько бедна инфраструктура домика. Базируясь на иллюстративном материале, мы делаем письменные практические задания, студенты вырабатывают внутренний монолог, маленькие сценические наброски, которые затем выстраиваются в схему показа.

Дневное время мы проводим по большей части в кафе «Вена». Здесь также проходят наши встречи с Натальей, Николаем и режиссером Владимиром Щербанем. Ситуация Владимира является типичной для всех членов труппы «Свободного театра». Четыре года тому назад, вместе с актерами государственного театра, он поставил спектакль «Психоз 4.48» по пьесе Сары Кейн. В пьесе поднимаются вопросы депрессии, наркозависимости и суицида: в конце девяностых данный текст был очень популярен и ставился повсеместно. Но эта постановка не вписывалась в репертуар минских государственных театров. После затяжного конфликта режиссер был лишен возможности ставить спектакли: «Вы не соответствуете потребностям публики». Владимир предложил свои услуги БСТ, который к тому моменту существовал на протяжении месяца. Совместно они нашли возможность возобновить постановку пьесы. После 27 отказов все-таки нашелся дружески настроенный владелец кафе, который сделал премьеру возможной. В итоге, это стоило ему лицензии.

Дорога назад, в признанный гостеатр, для Владимира закрыта – на его профессиональную деятельность в Беларуси наложен запрет. Актеры «Свободного театра» также променяли стабильность гостеатров на политически ангажированную деятельность. За это они заплатили высокую цену. Они находятся в трудном положении: на данный момент средства к существованию они зарабатывают во время гастролей за пределами Беларуси. Что будет дальше – неизвестно.

Политическое безразличие

На третий день нашего пребывания, мы спрашиваем студентов о важнейших аспектах жизни, которые они хотели бы изменить. Они жалуются прежде всего на ограничение свободы передвижения, невозможность самовыражения, утрату ценностей, всевозрастающее очерствение общества, государственную цензуру и некачественную систему здравоохранения. Все единодушны в том, что проблемы окружающей среды занимают центральное место: после аварии на Чернобыльской АЭС четверть территории Беларуси сильно загрязнена, большая часть земель не пригодна для жилья. Важной проблемой является также политическое безразличие населения. Старшее поколение выказывает абсолютное непонимание причин недовольства молодежи: «У нас нет войны и достаточно еды. Зачем нужно что-либо менять?». За пределами города, по словам Ольги, люди верят всему, что говорят власти. Чем дальше от столицы – тем затруднительнее доступ к независимым источникам информации.

Вернемся в кафе «Вена». Мы спрашиваем у Натальи, какие опасения у гостеатров вызвала постановка «Психоза 4.48». Наталья ссылается на недостаток опыта в восприятии современной драматургии. Визуальные пристрастия ограничиваются большей частью «stupid soviet movies» – дурацкими советскими фильмами. Кроме того, она констатирует жесточайший самоконтроль и неуверенность относительно того, на какие темы можно говорить, а на какие – не следует. В Беларуси проблемы суицида и наркомании не получают широкой огласки. «Свободный театр» упорно нарушает эти табу – с момента основания театра общественные проблемы обсуждаются со сцены на языке повседневного общения. Отправной точкой последнего спектакля «Зона молчания» послужили статистические данные – факты, которые замалчиваются белорусскими властями: 72% белорусов затрудняются дать определение слову «демократия», в Беларуси ежегодно бесследно исчезают 1000 – 1200 человек, в 2007 году 882 самоубийства было совершено лицами старше 60-ти лет.

Как советовал Вацлав Гавел, они говорят о вещах громко и внятно. Слоган на висящем в коридоре плакате переводится в духе польского театрального деятеля Ежи Гротовского – «без страха перед пафосом». Николая Халезина тяжелое состояние «Свободного театра» ничуть не смущает: победив государственную цензуру, театр преобразуется в пространство, открытое для свободного обсуждения.

Многочисленные приглашения и призы доказывают, что эстетико-политические принципы минских театральных деятелей имеют международный резонанс. «Свободный театр» противится постмодернистской иронии и подыскивает серьезные подходы к насущным общественным вопросам. Отзывы об их выступлениях в Швеции, Германии, Франции и Австралии крайне положительны. Указывает ли это на возобновление интереса к политической трактовке и первостепенность содержания в театре?

Международный успех держит труппу на плаву и обеспечивает ее финансовую базу. Но что является их политической целью – ликвидация диктатуры? Когда мы поехали на экскурсию и два часа колесили за пределами города, становились все более ощутимыми оторванность от жизни и затерянность белорусов: нескончаемые дороги, обедневшие сельские подворья, руины зданий, которые, скорее всего, никогда не будут отстроены заново. Поездки к друзьям и родственникам в соседний Вильнюс были в советские времена любимым времяпрепровождением в выходные дни. Сегодня белорусов отделяет от балтийских соседей, с которыми они связаны историческими узами, шестидесятидолларовая шенгенская виза. На сегодняшний день Беларусь является буферной зоной между Евросоюзом и Россией. Политический климат кардинально отличается от ситуации двадцатилетней давности, когда Гавел со своим политическим театром вспахал плодородную почву тогдашней Чехословакии. Неужели история повторится?

Perdido en el corazόn

В день отъезда мы снова посещаем маленький домик на окраине Минска. Две тенниски с надписями, подготовленные специально для нас, лежат на холодильнике: Belarus Free Theatre/ perdido en el corazόn/ der kleinen diktatur/ aux frontières de l’UE (Потерянные в сердце Европы (исп.)/ в маленькой диктатуре (нем.)/ на границе с Евросоюзом (фр.) – строка из песни Ману Чао).

Мы кладем тенниски на самое дно чемоданов – таможенник не должен их увидеть. Затем направляемся в репетиционное помещение, чтобы подвести итоги работы со студентами. Приходим к общему заключению, что в ходе дискуссий нам удалось раздвинуть языковые, пространственные и политические границы.

Когда, уходя, мы спрашиваем у студентов, что нужно рассказать Швейцарии о Беларуси, трое из них одновременно и не колеблясь отвечают: «The truth! Правду!». Мы смеемся, все вместе едем в город и выпиваем в баре «Лондон» наш последний кофе. По возвращении в Цюрих, первое, что мы делаем, сняв багаж с бегущей ленты, – надеваем свои новые тенниски. Perdido en el corazόn: потерянные в сердце Европы?

Стефан Роппель и Эрик Альторфер, специально для WOZ, май 2009
Tags: "Свободный театр", Европа, пресса
Subscribe
promo kilgor_trautt april 30, 2009 23:56 10
Buy for 100 tokens
Австралийские хроники. Part I. Позвоните родителям Австралийские хроники. Part II. Shark attack Австралийские хроники. Part III. Театр Австралийские хроники. Part IV. Sydney Festival 2009 Австралийские хроники. Part V. Две святыни Сиднея Австралийские хроники. Part VI. День Австралии…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments