?

Log in

No account? Create an account
сильный
kilgor_trautt

Расстрел на фоне Европы

Владислава Ковалева расстреляли -- оперативно, с нарушением правовых процедур. Причем, так поспешно, что не стали дожидаться рассмотрения надзорной жалобы и жалобы в комитет по правам человека ООН. Понятно, что дело тут не в Ковалеве -- какой такой урон он мог нанести сегодня режиму своим ожиданием смерти? Даже во взаимоотношениях с ЕС оттяжка казни могла сработать на руку Лукашенко. Но он снова идет на обострение -- жестко и цинично.

Для меня очевидно, что стратегия Лукашенко -- война. У него было неисчислимое количество возможностей пойти пусть не на нормализацию, но на сглаживание отношений с ЕС. Он не воспользовался ни одним, нанося один за другим удары по имиджу Евросоюза и по честолюбию его руководства. И ссылаться здесь на его психическое состояние не стоит. Да, он психически ненормален, но сегодня Лукашенко находится в фазе принятия трезвых решений. Это видно по его форме, по тому, как точно он ведет свою деятельность по эскалации боевых действий. Сейчас он пытается доказать миру, что на каждый удар по его режиму, он будет отвечать все большим давлением на политическую оппозицию и гражданское общество внутри страны. Конечно, это утопия, поскольку эскалация -- это механизм, который может использовать сильный оппонент, а не слабый. Слабому этоможет помочь лишь в краткосрочной перспективе, и только для того, чтобы попытаться увильнуть от вопросов, которые задает диктатору общество. В среднесрочной же, это никак не сказывается на получении средств, необходимых для сдерживания народного недовольства. А, скорее, активно ему мешает.

Но такова уж выбранная Лукашенко стратегия, который руководствуется одним единственным мотивом -- максимально долго удерживаться у власти. Не могу сказать, что сегодняшний выбор тактики можно считать правильным, даже если смотреть на ситуацию "из его окопа". Одна из главных ошибок -- он ускорил динамику процессов, чего делать при диктатуре категорически нельзя. Но, как говорится, когда учишься на агронома, игнорируешь закономерности теории ядерного синтеза.

Лукашенко маниакально старается преодолеть точку невозврата во взаимоотношениях с Евросоюзом, чтобы белорусы смогли поверить, что война -- это не время, когда можно менять власть. Но Евросоюз -- это многоголовый кентавр, скачущий только в том случае, если все головы договорились. Если же не договорились, кентавр стоит на месте, и "пройти точку невозврата" с ним невозможно. Время от времени несколько голов решают, что диктатура никак не мешает общению на бизнес-уровнях, и все начинется сначала -- визиты, уговоры, поцелуи и финансовая поддержка.

Сегодня оппоненты идут в направлениях, противоречащих здравому смыслу. Для Лукашенко идеальной ситуацией было бы освободить политзаключенных, задобрить Евросоюз, и получить какие-никакие преференции, а то и отмену санкций. Для Евросоюза -- добить нынешний режим, и начать выстраивать отношения с новой Беларусью -- цивилизованной и логичной. Но пока разнонаправленные векторы движения работают даже не на эскалацию, а скорее на стагнацию ситуации, идеально иллюстрирующей троцкистский принцип "ни мира, ни войны".

promo kilgor_trautt april 30, 2009 23:56 10
Buy for 100 tokens
Австралийские хроники. Part I. Позвоните родителям Австралийские хроники. Part II. Shark attack Австралийские хроники. Part III. Театр Австралийские хроники. Part IV. Sydney Festival 2009 Австралийские хроники. Part V. Две святыни Сиднея Австралийские хроники. Part VI. День Австралии…

сильный
kilgor_trautt

Ипликатор Кузнецов

ugandan написал невероятно смешной материал воспоминаний об Иване Кузнецове -- знаменитом изобретателе "ипликатора Кузнецова". Личные впечатления с хорошим уровнем литературы. Рекомендую.
Ипликатор Кузнецова. Запоздалый некролог

Так получилось, что в 80ые годы я проработал с Иваном Ивановичем в одном медицинском кабинете почти целых 8 лет. Это было при Институте Физической Культуры (Сиреневый бульвар 4, легкоатлетический манеж, кабинет 106), где я работал массажистом, а Кузнецов лечил людей своими колючками. С первого же взгляда И.И. произвел на меня сильное впечатление. Это был пятидесяти с лишним лет мужик, смахивающий на бомжа. Волос у него было немного, но все они торчали куда попало. Вместо одной ноги был протез, поэтому он ходил всегда опираюсь на клюку, а свободной рукой держал большой видавший виды облезлый портфель. Носил он вечно засаленный костюм, который не снимал даже тогда когда ложился спать. На шее всегда болтался вечнозеленый и грязный галстук-селёдка. Энергии у Ивана Ивановича было хоть отбавляй, спал максимум 4 часа и весь день был на ногах. Точнее на ноге. Мылся он один раз в 6 месяцев, чтобы не смывать со своей кожи ценные микроэлементы. Стоило только где-нибудь появиться Ивану Ивановичу, как окружающий воздух тут же наполнялся запахами прокисшего жира. Мне это иногда помогало, так как я всегда безошибочно определял, был ли сегодня Иван Иванович на работе. Так как питался И.И. исключительно молочными продуктами, причем в прокисшем виде, то на батареях в нашем кабинете постоянно грелись его пакеты с кефиром и молоком. Обычно он делал так: добавлял в прокисшее молоко кусок масла и несколько ложек сахара, потом доливал кипяток и перемешивал все это грязной деревянной палочкой.

Полностью материал -- здесь.

сильный
kilgor_trautt

Расстрел на фоне Европы. Два факта

Получил сегодня информацию по казни Коновалова и Ковалева. Оказалось, расстрел был приведен в исполнение еще 11 марта. В этот день произошло трехчасовое свидание Владислава Ковалева с матерью и сестрой. Поздно вечером их этапировали в СИЗО №1 на Володарского, а ночью расстреляли. 16 марта Кэтрин Эштон призвала не расстреливать Коновалова и Ковалева, а они уже к этому моменту 4 дня, как находились в могиле.

И еще один интересный факт. В сети на разных площадках появилась информация, что приговор приводился в исполнение в присутствии начальника СИЗО Дубровского, а непосредственным исполнителем был некий офицер по фамилии Шех. Первой мыслью было, что подобная информация может исходить от одного человека -- бывшего начальника СИЗО №1 Олега Алкаева, получившего политическое убежище в Германии. Но, зная Алкаева, можно со стопроцентной уверенностью сказать, что он никога не переступит черту, и не назовет ни одной фамилии тех своих сослуживцев, которым это может навредить. И дело тут не в преданности режиму, а в профессиональной этике, которую он ни разу за все эти годы не преступил. Поэтому, мне кажется, что сливает фамилии кто-то из своих, пытаясь дистанцироваться от постыдного расстрела тех, чья вина не была доказана.